Что мы знаем о наших предках?
Что мы знаем о наших предках?
Л.В. Алексеев в книге «Полоцкая земля» (М., 1966) пишет: «Современные данные археологии и топонимики показывают, что в эпоху раннего железа Восточную Европу населяло три крупных группы племен. Первая, ирано-язычная, занимала Крымский полуостров, Кубань, Нижний Дон, Нижний Днепр и доходила на севере до водораздела Сейма, Десны и Оки… Вторая, финно-язычная группа, охватывала все Верхнее Поволжье, бассейн Средней и Нижней Оки, на западе доходила до озера Эзель и оставила так называемую Дьяковскую культуру. Третья, балто-язычная, охватывала все Верхнее Поднепровье (включая Киев, правобережье Сейма, верхнюю Оку) и уходила на запад в Прибалтику». «Топонимика это полностью подтверждает» - констатирует российский историк Алексей Бычков в книге «Киевская Русь. Страна, которой никогда не было?» (М. 2005). Обратите внимание на важнейшее обстоятельство: если бы не последующий приход на наши земли славян, то без них тут должно было исторически сложиться ТРИ РАЗНЫХ ЭТНИЧЕСКИХ государства: страна балтов – Беларусь, страна финнов – Россия, страна сарматов (этнически иранцев) – Украина. В период, когда славяне колонизировали наши земли т.н. будущих «восточных славян», местный этнический (туземный) фактор был малозначащим на фоне славянских колонистов (ибо они были несопоставимо цивилизованнее и мощнее наших туземных народов). Поэтому и была возможна «Единая Русь», где туземный фактор ничего не значил. Но с развитием национального самосознания туземных масс (пусть и славянизированных в разной степени этого процесса), на первое место выходит уже дославянское содержание – как этнический стержень. Вот по этой причине и создаются тут все те же самые три разных государства – Беларусь на основе этнических балтов, Россия на основе этнических финнов и Украина на основе этнических южан (сарматов, иранцев). Кстати, удивляет, что Л.В. Алексеев не увидел этой полной аналогии – существования нынешних белорусов, украинцев и русских, чьи нынешние этнические границы почти точно совпадают с границами этносов наших пращуров «в эпоху раннего железа». До прихода к нам сюда славян-Руси это были три совершенно разных этноса (причем представители удаленных друг от друга этнических групп), которые в будущем были ОБЯЗАНЫ себя реализовать как СОВЕРШЕННО РАЗНЫЕ государства. Что они потом и сделали, когда роль колонистов славян-Руси как «стержень единого государства» со временем совершенно исчезла (при славянизации туземного населения). А иначе и быть не могло: белорусы – это балты и единственные среди «восточных славян» индоевропейцы; русские – это финны (с последующим огромным смешением с тюрками), это не индоевропейцы, хотя это смесь народов северного типа, во многом похожих на индоевропейцев; украинцы – тоже не индоевропейцы, но народ уже южного типа, еще менее похожий на индоевропейцев. (Алексей Бычков уточняет: украинцы этнически – это сарматские племена – аланы или ясы, говорившие на языках иранской группы, на древнеосетинском диалекте.) Эти огромнейшие этнические различия – куда как сильнее недолгого по историческим меркам (200-250 лет) пребывания в едином государстве под названием Древняя Русь, где наши народы были как раз туземцами, угнетенными пришлыми славянами-колонизаторами. То есть, эта Древняя Русь – вовсе не наше государство, а период славянской и скандинавской оккупации. Сама династия Рюриковичей – это, говоря современным языком, династия славянских оккупантов – народа ободритов. Это династия русских королей Полабской Руси, которая НАС видела своей колонией. Вот только одна деталь: в «Генеалогии королевы Ингеборг» (вторая половина XII в.) супруга короля ободритов и герцога Шлезвига Канута II (ум. 1131) Ингеборга именуется дочерью «могущественнейшего короля русов» Изяслава. По «Истории датских королей» (XIII в.) – это дочь Мстислава Владимировича (Гаральда), сестра Мальфриды. Резиденция королевского дома РУСИ находилась в ободритском Любеке. Сын Канута II и Ингеборги Вальдемар (славянское имя!) впоследствии будет датским королем (1157-1182). Любек – это родина Рюрика, а сам Рюрик и являлся князем ободритов (находящихся в унии с Данией). Раскопки возле Новгорода открыли, что там есть ряд поселений, жители которых антропологически могут быть идентифицированы только с погребениями ободритов в Полабье. То есть, это и были колонии ободритов. Это и есть те колонисты Рюрика, которые тут создавали «Русь». Как оказывается, славянин Рюрик вовсе не увез с Полабья, от своих ободритов, «с концами» Русь. Ведь так это у нас подают: мол, там, откуда Рюрик уехал, нет никакой Руси, а Русь только там, куда Рюрик приехал. Он, мол, тут Русь и выдумал. На самом деле и там, на родине Рюрика, Русь никуда не исчезла и продолжала существовать. Просто наши историки ее в упор не видят. Откуда у нас взялись эти чужеземные славяне?
«Каким образом славяне одновременно появляются на громадной территории и притом без каких-либо признаков массового переселения в эти территории нового для них народа?» - спрашивает, имея в виду Россию, российский историк М.И. Артамонов (КСИИМК. №6. С. 4). Другой российский историк, цитировавшийся ранее, Алексей Бычков отвечает: «А и не было никакого массового переселения. Местные племена просто постепенно перешли на язык «администрации» и торговцев, ибо начальники (князья и дружинники) были чужаками, выходцами из Центральной Европы и Южной Прибалтики, их разговорным койне стал славянский». И далее Бычков это описывает так:
«Как мы уже знаем, на территории нынешнего СНГ в VI-VII веках жили балты, угро-финны и иранцы. Ни одного русского или белоруса еще не было. Нигде. Так что топонимику славянскую здесь искать бесполезно. Западнее балтов – у Одера топонимика кельтская. «Неман» - имя кельтской богини. Висла – «текущая» (по-кельтски). Дубна – «глубокая» (по-кельтски). Морава и Богемия – это тоже кельтские наименования. Южнее Дуная – иллирийская и фракийская топонимика.
Территория антов – Буг, Днестр, Тибр – иранская топонимика. Славянской же вообще нет. Славянам нет места на карте. Но не с небес же славяне свалились? Оказывается, после нашествия гуннов большая часть иранцев вынуждена была выселиться из милых их сердцу степей в зоны лесостепи и заселить венгерские, чешские, польские и восточногерманские земли. Здесь они вынуждены были перейти с отгонного животноводства на содержание в стойлах. Меняется уклад их жизни. Многим навыкам пришлось обучаться у местного населения, с которым пришлые племена начали интегрироваться в единый этнос, и постепенно на основе венедов-балтов и иранцев-сармат образуется племенное единство – венедские сарматы – саки-винды – склавины. Они-то и послужили той основой, которая дала позднее славянский народ, образовавшийся из конгломерата балтов, иранцев, кельтов, германцев и иллирийцев. Языком у них был сильно испорченный иранцами балтский, с примесью германской лексики. Этот общепонятный жаргон и стал основой великого и могучего русского языка, а заодно белорусского, украинского и польского». Здесь я должен возразить российскому историку, как и всем вообще россиянам, которые, ни одного другого славянского языка не зная, ставят русский язык на одну ступень с другими славянскими. Русский язык только очень условно можно называть «славянским», ибо он имеет 60-70% неславянской лексики (тюркской, монгольской и финской), а его лексика только на 30% совпадает с лексикой других славянских языков (почему русский человек без переводчика не понимает любой другой славянский язык). А вот белорусский язык имеет более 80% ОБЩЕЙ лексики с польским, украинским, словацким, чешским и пр. славянскими языками; белорус не нуждается в переводчике, чтобы понимать другие славянские языки. Согласитесь, это существенное отличие. И если белорусский – это абсолютно славянский язык (ибо в языках большинства славян 70-80% занимает общеславянская лексика), то в русском языке она занимает только около 30%. А сам русский язык к «славянским» лингвисты условно относят только из-за того, что эта неславянская лексика оформляется во фразы в русском языке по общим законам славянской грамматики. Поэтому с точки зрения непредвзятой лингвистики – русский язык и вообще славянским не является. Ибо что это за такой «славянский язык», где две трети – неславянская лексика? Будете ли вы, например, называть славянским языком язык, где из каждых трех слов – два, предположим, китайские? Или на идиш? А ведь картина та же самая. Но вернемся к теме. Далее Бычков пишет, что в 70-е годы IV века в донские степи пришло нашествие гуннов и тюркских племен. В итоге степнякам сарматам-аланам пришлось уходить от них в Центральную Европу, где они сменили уклад жизни и стали активно смешиваться с местными кельтами, германцами, фракийцами, балтами и иллирийцами. В результате этого смешения, как считает Бычков, и сложился «новый пограничный этнос, язык которого вырабатывался на основе балтского, но под сильным влиянием древнеосетинского. Этот новый этнос, сармато-венеды, впоследствии получил название «славяне»». И далее: «Неизвестно, сколько времени занял этот процесс, но уже к V веку, как считают, в Центральной Европе славяне выделились из балтской и иранской группы племен. Однако никаких доказательств существования славян до VII века мне неизвестно. Многие считают, что термин «сакалиба» или «скловене», встречающийся у восточных и западных писателей, относится именно к славянам. Может быть, да, а может быть, и нет… Безусловно лишь то, что в IX веке славянский язык уже существовал – примеры этому приводит Константин Багрянородный. Это уже факт. Итак, в какой-то период времени с V по VIII век произошло важное (для нас) событие – на земле появился славянский язык». Все верно, кроме одного – главного у Бычкова: выдумки о том, что основой славянского этноса якобы являются иранцы Дона, изменившие свой облик в Центральной Европе. На самом деле никакой такой «сарматской составной» в исконных славянах нет. Славяне – просто промежуточное звено между балтами и германцами, и славянская лексика не содержит сарматских элементов. Бычков упустил и то важное обстоятельство, что в процессе появления славян решающую роль играли не просто балты, а именно ЗАПАДНЫЕ БАЛТЫ – которые сегодня ПОЛНОСТЬЮ ИСЧЕЗЛИ. Это пруссы, мазуры, дайнова, ятвяги и прочие (а сохранились только восточные балты, весьма отличавшиеся от западных и потому не ассимилированные среди славян). Язык западных балтов был наиболее близок к славянскому и почти от него не отличался. А самих исходных славян чешские и немецкие историки расценивают как «слияние восточных германцев с западными балтами». Поскольку восточных германцев тоже не сохранилось, то историки делают вывод: раз славяне ассимилировали все народы западных балтов и восточных германцев (по причине этнической похожести), то они изначально и являлись таковой смесью, дающей некое НОВОЕ качество, породившее этот этнос. Зачем же Бычков рассказывает про сарматов как прародителей славян? Ответ, думаю, прост: открытие истины о том, что никаких СВОИХ славян на территории России никогда не было, вызывает определенное разочарование. А поскольку патриотическая жилка зовет во всем видеть Россию родиной всего (слонов, радио, Руси и славян в том числе), то и тут хочется хоть с какой-то стороны – да и пристроить нынешнюю Россию к процессу появления славян. Отсюда и ненаучная фантастика о том, что «древние осетины создали славянский этнос».
«Каким образом славяне одновременно появляются на громадной территории и притом без каких-либо признаков массового переселения в эти территории нового для них народа?» - спрашивает, имея в виду Россию, российский историк М.И. Артамонов (КСИИМК. №6. С. 4). Другой российский историк, цитировавшийся ранее, Алексей Бычков отвечает: «А и не было никакого массового переселения. Местные племена просто постепенно перешли на язык «администрации» и торговцев, ибо начальники (князья и дружинники) были чужаками, выходцами из Центральной Европы и Южной Прибалтики, их разговорным койне стал славянский». И далее Бычков это описывает так:
«Как мы уже знаем, на территории нынешнего СНГ в VI-VII веках жили балты, угро-финны и иранцы. Ни одного русского или белоруса еще не было. Нигде. Так что топонимику славянскую здесь искать бесполезно. Западнее балтов – у Одера топонимика кельтская. «Неман» - имя кельтской богини. Висла – «текущая» (по-кельтски). Дубна – «глубокая» (по-кельтски). Морава и Богемия – это тоже кельтские наименования. Южнее Дуная – иллирийская и фракийская топонимика.
Территория антов – Буг, Днестр, Тибр – иранская топонимика. Славянской же вообще нет. Славянам нет места на карте. Но не с небес же славяне свалились? Оказывается, после нашествия гуннов большая часть иранцев вынуждена была выселиться из милых их сердцу степей в зоны лесостепи и заселить венгерские, чешские, польские и восточногерманские земли. Здесь они вынуждены были перейти с отгонного животноводства на содержание в стойлах. Меняется уклад их жизни. Многим навыкам пришлось обучаться у местного населения, с которым пришлые племена начали интегрироваться в единый этнос, и постепенно на основе венедов-балтов и иранцев-сармат образуется племенное единство – венедские сарматы – саки-винды – склавины. Они-то и послужили той основой, которая дала позднее славянский народ, образовавшийся из конгломерата балтов, иранцев, кельтов, германцев и иллирийцев. Языком у них был сильно испорченный иранцами балтский, с примесью германской лексики. Этот общепонятный жаргон и стал основой великого и могучего русского языка, а заодно белорусского, украинского и польского». Здесь я должен возразить российскому историку, как и всем вообще россиянам, которые, ни одного другого славянского языка не зная, ставят русский язык на одну ступень с другими славянскими. Русский язык только очень условно можно называть «славянским», ибо он имеет 60-70% неславянской лексики (тюркской, монгольской и финской), а его лексика только на 30% совпадает с лексикой других славянских языков (почему русский человек без переводчика не понимает любой другой славянский язык). А вот белорусский язык имеет более 80% ОБЩЕЙ лексики с польским, украинским, словацким, чешским и пр. славянскими языками; белорус не нуждается в переводчике, чтобы понимать другие славянские языки. Согласитесь, это существенное отличие. И если белорусский – это абсолютно славянский язык (ибо в языках большинства славян 70-80% занимает общеславянская лексика), то в русском языке она занимает только около 30%. А сам русский язык к «славянским» лингвисты условно относят только из-за того, что эта неславянская лексика оформляется во фразы в русском языке по общим законам славянской грамматики. Поэтому с точки зрения непредвзятой лингвистики – русский язык и вообще славянским не является. Ибо что это за такой «славянский язык», где две трети – неславянская лексика? Будете ли вы, например, называть славянским языком язык, где из каждых трех слов – два, предположим, китайские? Или на идиш? А ведь картина та же самая. Но вернемся к теме. Далее Бычков пишет, что в 70-е годы IV века в донские степи пришло нашествие гуннов и тюркских племен. В итоге степнякам сарматам-аланам пришлось уходить от них в Центральную Европу, где они сменили уклад жизни и стали активно смешиваться с местными кельтами, германцами, фракийцами, балтами и иллирийцами. В результате этого смешения, как считает Бычков, и сложился «новый пограничный этнос, язык которого вырабатывался на основе балтского, но под сильным влиянием древнеосетинского. Этот новый этнос, сармато-венеды, впоследствии получил название «славяне»». И далее: «Неизвестно, сколько времени занял этот процесс, но уже к V веку, как считают, в Центральной Европе славяне выделились из балтской и иранской группы племен. Однако никаких доказательств существования славян до VII века мне неизвестно. Многие считают, что термин «сакалиба» или «скловене», встречающийся у восточных и западных писателей, относится именно к славянам. Может быть, да, а может быть, и нет… Безусловно лишь то, что в IX веке славянский язык уже существовал – примеры этому приводит Константин Багрянородный. Это уже факт. Итак, в какой-то период времени с V по VIII век произошло важное (для нас) событие – на земле появился славянский язык». Все верно, кроме одного – главного у Бычкова: выдумки о том, что основой славянского этноса якобы являются иранцы Дона, изменившие свой облик в Центральной Европе. На самом деле никакой такой «сарматской составной» в исконных славянах нет. Славяне – просто промежуточное звено между балтами и германцами, и славянская лексика не содержит сарматских элементов. Бычков упустил и то важное обстоятельство, что в процессе появления славян решающую роль играли не просто балты, а именно ЗАПАДНЫЕ БАЛТЫ – которые сегодня ПОЛНОСТЬЮ ИСЧЕЗЛИ. Это пруссы, мазуры, дайнова, ятвяги и прочие (а сохранились только восточные балты, весьма отличавшиеся от западных и потому не ассимилированные среди славян). Язык западных балтов был наиболее близок к славянскому и почти от него не отличался. А самих исходных славян чешские и немецкие историки расценивают как «слияние восточных германцев с западными балтами». Поскольку восточных германцев тоже не сохранилось, то историки делают вывод: раз славяне ассимилировали все народы западных балтов и восточных германцев (по причине этнической похожести), то они изначально и являлись таковой смесью, дающей некое НОВОЕ качество, породившее этот этнос. Зачем же Бычков рассказывает про сарматов как прародителей славян? Ответ, думаю, прост: открытие истины о том, что никаких СВОИХ славян на территории России никогда не было, вызывает определенное разочарование. А поскольку патриотическая жилка зовет во всем видеть Россию родиной всего (слонов, радио, Руси и славян в том числе), то и тут хочется хоть с какой-то стороны – да и пристроить нынешнюю Россию к процессу появления славян. Отсюда и ненаучная фантастика о том, что «древние осетины создали славянский этнос».
Что мы знаем о наших предках?
имао писал(а):
Во-первых не "неизвестны", а забыты. И кто в этом виноват? Мы сами себя загоняем в болото, лишаем радости свободной жизни, добровольно отказываясь от своих Предков и всего, что с ними связано. Представьте такую ситуацию: мы за свою жизнь успеваем обеспечить своих детей всем необходимым, для их достойной свободной жизни (жилье, счет в банке, какое-то свое дело доходное). Оставляем своим детям все это наследие вместе с необходимыми знаниями и заветами, которые позволят им не только сохранить все это, но еще и преумножить для наших внуков, правнуков и т.д. И вот приходит к нашим детям "чужой дядя" и говорит им: "Забудьте все, что говорили вам ваши родители. Не слушайте их. Жизнь одна и надо максимально получить от нее удовольствие". Втерся к ним в доверие и все ваше наследие полетело в бездну. Казино, алкоголь, наркотики, девочки (или мальчики) и т.д. и т.п. Плевать на своих родителей, плевать на потомков. Главное жизнь прожить чтобы "ууух". В итоге все, что было нажито нашими трудами добровольно было передано "чужому дяде". Потому что все эти казино, наркотики, бары, девочки (или мальчики) принадлежат ему. А когда с наших детей взять уже нечего их просто выбрасывают на помойку, или вообще делают своими рабами. И тогда уже с их помощью начинают выкачивать все ценности из других таких же наследников. А что потом? А вспомнить наши корни вполне в наших силах. Было бы желание. А Предки нам с огромной радостью в этом помогут.
Во-вторых. Помнить своих родителей, дедов, прадедов. Помнить все их славные дела и рассказывать об этом своим детям, внукам - это фанатизм? Если ваш внук (внучка) скажет о вас: "Я горжусь своим дедом (бабушкой), потому что он был великим человеком", значит он будет фанатиком?
...соблюдать традиции, корни которых практически не известны - это уже скорее фанатизм)))
Во-первых не "неизвестны", а забыты. И кто в этом виноват? Мы сами себя загоняем в болото, лишаем радости свободной жизни, добровольно отказываясь от своих Предков и всего, что с ними связано. Представьте такую ситуацию: мы за свою жизнь успеваем обеспечить своих детей всем необходимым, для их достойной свободной жизни (жилье, счет в банке, какое-то свое дело доходное). Оставляем своим детям все это наследие вместе с необходимыми знаниями и заветами, которые позволят им не только сохранить все это, но еще и преумножить для наших внуков, правнуков и т.д. И вот приходит к нашим детям "чужой дядя" и говорит им: "Забудьте все, что говорили вам ваши родители. Не слушайте их. Жизнь одна и надо максимально получить от нее удовольствие". Втерся к ним в доверие и все ваше наследие полетело в бездну. Казино, алкоголь, наркотики, девочки (или мальчики) и т.д. и т.п. Плевать на своих родителей, плевать на потомков. Главное жизнь прожить чтобы "ууух". В итоге все, что было нажито нашими трудами добровольно было передано "чужому дяде". Потому что все эти казино, наркотики, бары, девочки (или мальчики) принадлежат ему. А когда с наших детей взять уже нечего их просто выбрасывают на помойку, или вообще делают своими рабами. И тогда уже с их помощью начинают выкачивать все ценности из других таких же наследников. А что потом? А вспомнить наши корни вполне в наших силах. Было бы желание. А Предки нам с огромной радостью в этом помогут.
Во-вторых. Помнить своих родителей, дедов, прадедов. Помнить все их славные дела и рассказывать об этом своим детям, внукам - это фанатизм? Если ваш внук (внучка) скажет о вас: "Я горжусь своим дедом (бабушкой), потому что он был великим человеком", значит он будет фанатиком?
Что мы знаем о наших предках?
friend007, У всех этих "официальных источников" цель одна: вбить нам в головы что мы никто и появились из ниоткуда, были и остаемся невежественными дикарями. Принимать это бездумно может только человек с психологией раба.
Что мы знаем о наших предках?
НУ для меня ваши источники авторитетами не являются. Так что мы квиты.
Что мы знаем о наших предках?
friend007 писал(а):
Ну, не читайте тогда. А для своих источников создайте отдельную тему.
НУ для меня ваши источники авторитетами не являются. Так что мы квиты.
Ну, не читайте тогда. А для своих источников создайте отдельную тему.
Что мы знаем о наших предках?
так. без ругани.
темы создаются для обсуждения. и мнение высказывают те, у кого оно есть.
темы создаются для обсуждения. и мнение высказывают те, у кого оно есть.
Что мы знаем о наших предках?
имао писал(а):
Так а никто не ругается. Даже "Caps Lock" никто не включает.
Кстати, учитывая, что мои два последних поста действительно не имеют никакого отношения к теме, прошу их изничтожить. Я имею ввиду этот и предыдущий. Чтобы не замусоривать эту ветку. Ато и правда скатимся так до пустой перепалки...
так. без ругани.
темы создаются для обсуждения. и мнение высказывают те, у кого оно есть.
Так а никто не ругается. Даже "Caps Lock" никто не включает.
![:)](/phpbb/images/smilies/smile.png)
Что мы знаем о наших предках?
ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛАВЯН
Процесс появления славян пока можно увидеть (и то условно) только силами исторической лингвистики. Никакого придуманного Бычковым «ираноязычного» влияния в этом процессе, конечно, и близко не было. Зато уникальные письменные памятники прусского языка (их сохранилось всего три) позволяют ученым многое если не понять, то хотя бы увидеть в своем развитии удивительное: и процессы создания славянского языка, и еще более ранние процессы создания вообще индоевропейского языка (вот почему прусский язык считается учеными-индоевропеистами «ключом» в прошлое народов Европы). О прусском языке мы детально поговорим в отдельной публикации о балтских корнях Беларуси. В разнообразных древних памятниках, начиная с VI века, встречается имя западно-европейского народа (отца славян, проживавшего на территории нынешней Германии) – Sclaveni, Sclavini, Stlavini, Sclavi, Stlavi. Сегодня мы, очевидно, неверно употребляем термин «славяне», так как исконно он звучал как «склавены» или «склавы». Что это означало – никто не знает. Знаменитый славяновед начала ХХ века Любор Нидерле писал в книге «Славянские древности»: «Итак, происхождение названия славян (склавены) остается невыясненным». Член-корреспондент АН СССР Ф.П. Филин писал в советское время: «Пока нет ни одной гипотезы о происхождении названия славян, которая опиралась бы на более или менее достоверные и доказуемые основания» (Образование языка восточных славян. М.-Л., 1962). К этому мнению полностью присоединялись все российские лингвисты. Академик А.И. Попов писал в работе «Славяне, Русь, Россия» («Русская речь», №2, 1972. С. 105), что название «славяне» не происходит от термина «слово». То, что некоторые из славянских народов имели название «словене», «словаки», «словенцы», - это только созвучно с термином «славяне», а на деле просто означает, что эти народы «владеют словом», то есть – говорят понятно славянам. Древние славяне всех, говорящих на чужих языках, называли «немцами» и «немыми». Этот термин, как пишет А.И. Попов, происходит от названия германского племени неметов – Nemetes (в Северной Галлии), с которым граничили первоначальные славяне (затем термин был перенесен вообще на всех иностранцев, чья речь непонятна: свейские немцы (шведы), французские и т.п.). А вот тех соседей, которые говорили на понятном языке, называли «словенами» («словаками», «словенцами») – умеющими «словить». А.И. Попов (и другие лингвисты) указывал, что это не имеет НИКАКОГО отношения к термину «славяне-склавяне», а только нечто созвучное: «Такое сопоставление, внешне правдоподобное, тем не менее вряд ли выходит за рамки частых в подобных случаях народно-этимологических толкований, попыток позднейшего осмысления древних фактов на основе созвучий, чуждых действительной внутренней этимологической связи». Однако советские лингвисты при этом сознательно оставляли в тени вопрос о том, кто же такие – эти «словене», «словаки», «словенцы»? Ясно, что это не славяне, а некие местные славянизированные народы, которых стали называть «словенами» только и именно потому, что они (в противовес с «немыми народами») научились по-нашему говорить. Понятно, что не может быть у народа самоназвания «немцы-немые» (а самоназвание немцев – Дойчланд) - как не может быть самоназвания и «словены-говорящие». Это внешнее название. Для советских лингвистов (как и лингвистов Словакии и Словении) эта тема была крайне неудобной, ведь, согласно Повести временных лет, в районе созданного Рюриком Новгорода жили некие «словены». Их наши историки всегда любили называть «восточными славянами», хотя на деле это были русскоязычные саамы – словены, а не славяне. Их словенами и называли полабские славяне Рюрика потому, что саамы выучились за 250 лет с трудом говорить на русском языке (что показывают берестяные грамоты Новгорода, которые вначале писались на жуткой смеси саамского и русского языков). Формально словены – это любые народы, научившиеся говорить по-нашему. Это и православные татары, и русскоязычные финны, и русскоязычные буряты. Они – не славяне. Но словены. Эту неудобную тему старались лингвисты не затрагивать по понятным причинам (ибо здесь разрушался миф о так называемых «восточных славянах»). Как же славянский язык распространился на огромные территории Центральной, Южной и Восточной Европы? Академик РАН Валентин Янов и другие историки это убедительно показали: исконные славяне, жившие между Лабой (Эльбой) и Одрой (Одером), создавали южнее и восточнее свои небольшие военно-торговые колонии, которые становились административным и цивилизационным центром для местного туземного населения – тогда забитого и крайне отсталого. Численность этих славянских колоний составляла только 5-10% от местного населения в удаленных колониях (этот процент был выше, если колония была ближе к исходным границам славян – как, например, Словения или Беларусь), и это местное население постепенно за 2-3 века славянизировалось. Именно это происходило, в том числе, на территории созданного колонистами Полабской Руси Новгорода, где местные саамы за 200-300 лет стали постепенно «словенами». Самой славянской крови в них – не более 5-10%, а 90-95% - свое, финское. Но говорит этот народ уже на славянском языке. Огромность покоренной славяноязычными народами территории объясняется тем, что славяне вместе с западными балтами являлись последними народами ЦИВИЛИЗОВАННОЙ Европы, восточнее которых погранично жили дикие тогда и туземные племена западных балтов (мазуров, пруссов-поруссов, ятвягов) и восточных балтов (еще более диких жмудов, аукштайтов, латышей и пр.), финнов нынешней Финляндии и Центральной России, сарматов Днепра и Дона, тюрок Поволжья и Доуралья. Именно у славян Полабья появился впервые в Европе институт рыцарства и рыцарских турниров, именно Полабская Русь Старогорода (ныне Ольденбург) впервые в Европе создала полностью закованных в железо конных воинов, которых переняли у нее затем соседи западнее и южнее. В это время балты Литвы-Беларуси и финны будущей Московии, как свидетельствуют летописи, еще «жили в норах, спрятанных в чаще леса», ходили в звериных шкурах и охотились каменными топорами. Ясно, что славянские колонии – даже малочисленные – для этих туземцев являлись в VII-IX вв. тем же самым, чем для африканского населения в XIX веке европейские колонизаторы, каких тоже было немного в колониях, но этого оказывалось вполне достаточно. И если сегодня половина Африки говорит на, например, французском языке, то это ни у кого удивления не вызывает. Как никто и не считает негров французами. Точно так происходило и у нас. Мало того, был еще один важный процесс: когда колонизированное славянами население соседей через 200-300 лет превращалось в «словенов» (то есть «знающих слово», полностью ассимилированных), то уже само это население могло осуществлять славянизацию других народов. Один из самых ярких примеров тому – это обращение финской Московии в славян силами украинского народа. Как пишет А.Бычков в книге «Московия. Легенды и мифы» (М., 2005), «Исконное население Московской земли – финноязычное племя меря и балтоязычное племя голядь (галинды)». К.А. Аверьянов («Московское княжество Ивана Калиты», М., 1993) указывает, что в XII веке большое число селян с украинских (северских) земель заселяет финскую тогда Владимиро-Суздальскую Русь, где их расселяют по границам княжества. Украинцы постепенно славянизируют эту территорию, где все остальное местное население вплоть до XVI-XVII вв. еще говорит на финском языке. То есть, мы видим, как славянизированные сарматы Украины сами в свою очередь славянизируют московитов Московии. А затем все снова повторяется: полностью славянизированные московиты сами славянизируют соседей восточнее и южнее – другие финские и тюркские народы Орды-России. Процесс славянизации – как видим – сам себя воспроизводит и повторяется дальше. В этом процессе нет никакой «загадки»: точно так немцы в два раза увеличили свою территорию за счет славян и западных балтов (вся северная часть бывшей Западной Германии и вся ГДР – не германские земли). И точно так немцы полностью ассимилировали в свой этнос тех жителей, которые не мигрировали с этих земель, а остались на них. Столица Германии Берлин – это исконный город лужицких сербов, которые только в ГДР в рамках дефашизации обрели право издавать книги и периодику на своем сербско-лужицком языке, который был введен в статус еще одного литературного славянского языка, а писатели, пишущие на этом языке, неоднократно награждались в ГДР высшими литературными премиями государства. Любопытная деталь: этот сербско-лужицкий язык более всех славянских похож на белорусский (пусть и дзекающий). Что не удивляет, ибо в период экспансии Германии на эти земли огромное число лужичан (как и остальных полабских русинов) мигрировало на Восток, именно и только в Западную Беларусь, создавая тут страну мигрантов – ВКЛ. Если бы не славяне, а немцы являлись границей Европы с туземным Востоком, то в таком случае мы видели бы огромную экспансию немцев на Восток, полностью аналогичную славянской экспансии: было бы множество германоязычных народов и стран (включая германоязычные Беларусь, Россию и Украину). Но и в этом случае все эти страны не составляли бы уже «германского единства», ибо язык и привнесенные с ним культурные элементы все-таки слабее исконного этнического и антропологического содержания. Мы были бы не СЛАВЯНОЯЗЫЧНЫМИ странами балтов (Польша и Беларусь), сарматов (Украина) и финнов-тюрок (Россия), а ГЕРМАНОЯЗЫЧНЫМИ. Вот и вся разница. Кстати, вытеснение германцами славян с их исконных территорий между Лабой и Одером – это вовсе не признак того, что «германцы были мощнее славян». Мощнее они не были, они были только «стенкой», на которую давила вся перенаселенная Западная Европа, жившая по принципу наследства старшему брату, при котором все остальные младшие братья должны были с помощью своего меча сами добывать себе землю. Всем младшим братьям уже при рождении в люльку клали меч: «ничего другого дать не можем, добывай себе землю сам». Так социально появились крестовые походы (а вовсе не по каким-то идейно-духовным нуждам), и так создавались Ордена, взявшиеся за поиск себе земель на Востоке. В этих Орденах кроме германцев было и ровно столько же лишенных наследства младших детей-дворян с территорий будущих Франции, Италии, Испании, Австрии. Все эти «обездоленные» юные дворяне и объединялись вместе со всей Европы. Ясно, что славянам было трудно сдерживать эту огромную СОЦИАЛЬНУЮ экспансию, защищая СВОЮ МОНОПОЛИЮ на девственный туземный Восток.
Мы в этой борьбе были только туземным населением, и если мы сегодня, глядя на нее, выражаем симпатии славянам, то следует понимать, что если бы нас завоевали не славяне, а те же германцы, то я бы писал эту статью на белорусском (балтийском) или русском (финно-тюркском) диалекте древненемецкого языка. И все мы испытывали бы СИМПАТИИ к германцам - себя с ними национально идентифицируя, или хотя бы просто по причине нашей многовековой национальной работы в этом поле. Причем, тут было бы точно так греческое православие (ибо Византия ментально оторвала-таки наши народы у европейских колонизаторов – славян и германцев). Мы молились бы Богу по греческому обряду, но не на славянском языке, а на германском диалекте. И точно так, как сегодня многие невежды называют греческую веру «славянским православием» (хотя эта греческая вера никакого отношения к славянам не имеет), - точно так называли бы эту же веру «нашим германским православием». Славянизация или германизация таких огромных территорий – никогда не будет полной, поэтому особое национальное лицо стран Восточной Европы (в первую очередь Беларуси, Украины и России) – невозможно растворить. Шила в мешке не утаишь.
Процесс появления славян пока можно увидеть (и то условно) только силами исторической лингвистики. Никакого придуманного Бычковым «ираноязычного» влияния в этом процессе, конечно, и близко не было. Зато уникальные письменные памятники прусского языка (их сохранилось всего три) позволяют ученым многое если не понять, то хотя бы увидеть в своем развитии удивительное: и процессы создания славянского языка, и еще более ранние процессы создания вообще индоевропейского языка (вот почему прусский язык считается учеными-индоевропеистами «ключом» в прошлое народов Европы). О прусском языке мы детально поговорим в отдельной публикации о балтских корнях Беларуси. В разнообразных древних памятниках, начиная с VI века, встречается имя западно-европейского народа (отца славян, проживавшего на территории нынешней Германии) – Sclaveni, Sclavini, Stlavini, Sclavi, Stlavi. Сегодня мы, очевидно, неверно употребляем термин «славяне», так как исконно он звучал как «склавены» или «склавы». Что это означало – никто не знает. Знаменитый славяновед начала ХХ века Любор Нидерле писал в книге «Славянские древности»: «Итак, происхождение названия славян (склавены) остается невыясненным». Член-корреспондент АН СССР Ф.П. Филин писал в советское время: «Пока нет ни одной гипотезы о происхождении названия славян, которая опиралась бы на более или менее достоверные и доказуемые основания» (Образование языка восточных славян. М.-Л., 1962). К этому мнению полностью присоединялись все российские лингвисты. Академик А.И. Попов писал в работе «Славяне, Русь, Россия» («Русская речь», №2, 1972. С. 105), что название «славяне» не происходит от термина «слово». То, что некоторые из славянских народов имели название «словене», «словаки», «словенцы», - это только созвучно с термином «славяне», а на деле просто означает, что эти народы «владеют словом», то есть – говорят понятно славянам. Древние славяне всех, говорящих на чужих языках, называли «немцами» и «немыми». Этот термин, как пишет А.И. Попов, происходит от названия германского племени неметов – Nemetes (в Северной Галлии), с которым граничили первоначальные славяне (затем термин был перенесен вообще на всех иностранцев, чья речь непонятна: свейские немцы (шведы), французские и т.п.). А вот тех соседей, которые говорили на понятном языке, называли «словенами» («словаками», «словенцами») – умеющими «словить». А.И. Попов (и другие лингвисты) указывал, что это не имеет НИКАКОГО отношения к термину «славяне-склавяне», а только нечто созвучное: «Такое сопоставление, внешне правдоподобное, тем не менее вряд ли выходит за рамки частых в подобных случаях народно-этимологических толкований, попыток позднейшего осмысления древних фактов на основе созвучий, чуждых действительной внутренней этимологической связи». Однако советские лингвисты при этом сознательно оставляли в тени вопрос о том, кто же такие – эти «словене», «словаки», «словенцы»? Ясно, что это не славяне, а некие местные славянизированные народы, которых стали называть «словенами» только и именно потому, что они (в противовес с «немыми народами») научились по-нашему говорить. Понятно, что не может быть у народа самоназвания «немцы-немые» (а самоназвание немцев – Дойчланд) - как не может быть самоназвания и «словены-говорящие». Это внешнее название. Для советских лингвистов (как и лингвистов Словакии и Словении) эта тема была крайне неудобной, ведь, согласно Повести временных лет, в районе созданного Рюриком Новгорода жили некие «словены». Их наши историки всегда любили называть «восточными славянами», хотя на деле это были русскоязычные саамы – словены, а не славяне. Их словенами и называли полабские славяне Рюрика потому, что саамы выучились за 250 лет с трудом говорить на русском языке (что показывают берестяные грамоты Новгорода, которые вначале писались на жуткой смеси саамского и русского языков). Формально словены – это любые народы, научившиеся говорить по-нашему. Это и православные татары, и русскоязычные финны, и русскоязычные буряты. Они – не славяне. Но словены. Эту неудобную тему старались лингвисты не затрагивать по понятным причинам (ибо здесь разрушался миф о так называемых «восточных славянах»). Как же славянский язык распространился на огромные территории Центральной, Южной и Восточной Европы? Академик РАН Валентин Янов и другие историки это убедительно показали: исконные славяне, жившие между Лабой (Эльбой) и Одрой (Одером), создавали южнее и восточнее свои небольшие военно-торговые колонии, которые становились административным и цивилизационным центром для местного туземного населения – тогда забитого и крайне отсталого. Численность этих славянских колоний составляла только 5-10% от местного населения в удаленных колониях (этот процент был выше, если колония была ближе к исходным границам славян – как, например, Словения или Беларусь), и это местное население постепенно за 2-3 века славянизировалось. Именно это происходило, в том числе, на территории созданного колонистами Полабской Руси Новгорода, где местные саамы за 200-300 лет стали постепенно «словенами». Самой славянской крови в них – не более 5-10%, а 90-95% - свое, финское. Но говорит этот народ уже на славянском языке. Огромность покоренной славяноязычными народами территории объясняется тем, что славяне вместе с западными балтами являлись последними народами ЦИВИЛИЗОВАННОЙ Европы, восточнее которых погранично жили дикие тогда и туземные племена западных балтов (мазуров, пруссов-поруссов, ятвягов) и восточных балтов (еще более диких жмудов, аукштайтов, латышей и пр.), финнов нынешней Финляндии и Центральной России, сарматов Днепра и Дона, тюрок Поволжья и Доуралья. Именно у славян Полабья появился впервые в Европе институт рыцарства и рыцарских турниров, именно Полабская Русь Старогорода (ныне Ольденбург) впервые в Европе создала полностью закованных в железо конных воинов, которых переняли у нее затем соседи западнее и южнее. В это время балты Литвы-Беларуси и финны будущей Московии, как свидетельствуют летописи, еще «жили в норах, спрятанных в чаще леса», ходили в звериных шкурах и охотились каменными топорами. Ясно, что славянские колонии – даже малочисленные – для этих туземцев являлись в VII-IX вв. тем же самым, чем для африканского населения в XIX веке европейские колонизаторы, каких тоже было немного в колониях, но этого оказывалось вполне достаточно. И если сегодня половина Африки говорит на, например, французском языке, то это ни у кого удивления не вызывает. Как никто и не считает негров французами. Точно так происходило и у нас. Мало того, был еще один важный процесс: когда колонизированное славянами население соседей через 200-300 лет превращалось в «словенов» (то есть «знающих слово», полностью ассимилированных), то уже само это население могло осуществлять славянизацию других народов. Один из самых ярких примеров тому – это обращение финской Московии в славян силами украинского народа. Как пишет А.Бычков в книге «Московия. Легенды и мифы» (М., 2005), «Исконное население Московской земли – финноязычное племя меря и балтоязычное племя голядь (галинды)». К.А. Аверьянов («Московское княжество Ивана Калиты», М., 1993) указывает, что в XII веке большое число селян с украинских (северских) земель заселяет финскую тогда Владимиро-Суздальскую Русь, где их расселяют по границам княжества. Украинцы постепенно славянизируют эту территорию, где все остальное местное население вплоть до XVI-XVII вв. еще говорит на финском языке. То есть, мы видим, как славянизированные сарматы Украины сами в свою очередь славянизируют московитов Московии. А затем все снова повторяется: полностью славянизированные московиты сами славянизируют соседей восточнее и южнее – другие финские и тюркские народы Орды-России. Процесс славянизации – как видим – сам себя воспроизводит и повторяется дальше. В этом процессе нет никакой «загадки»: точно так немцы в два раза увеличили свою территорию за счет славян и западных балтов (вся северная часть бывшей Западной Германии и вся ГДР – не германские земли). И точно так немцы полностью ассимилировали в свой этнос тех жителей, которые не мигрировали с этих земель, а остались на них. Столица Германии Берлин – это исконный город лужицких сербов, которые только в ГДР в рамках дефашизации обрели право издавать книги и периодику на своем сербско-лужицком языке, который был введен в статус еще одного литературного славянского языка, а писатели, пишущие на этом языке, неоднократно награждались в ГДР высшими литературными премиями государства. Любопытная деталь: этот сербско-лужицкий язык более всех славянских похож на белорусский (пусть и дзекающий). Что не удивляет, ибо в период экспансии Германии на эти земли огромное число лужичан (как и остальных полабских русинов) мигрировало на Восток, именно и только в Западную Беларусь, создавая тут страну мигрантов – ВКЛ. Если бы не славяне, а немцы являлись границей Европы с туземным Востоком, то в таком случае мы видели бы огромную экспансию немцев на Восток, полностью аналогичную славянской экспансии: было бы множество германоязычных народов и стран (включая германоязычные Беларусь, Россию и Украину). Но и в этом случае все эти страны не составляли бы уже «германского единства», ибо язык и привнесенные с ним культурные элементы все-таки слабее исконного этнического и антропологического содержания. Мы были бы не СЛАВЯНОЯЗЫЧНЫМИ странами балтов (Польша и Беларусь), сарматов (Украина) и финнов-тюрок (Россия), а ГЕРМАНОЯЗЫЧНЫМИ. Вот и вся разница. Кстати, вытеснение германцами славян с их исконных территорий между Лабой и Одером – это вовсе не признак того, что «германцы были мощнее славян». Мощнее они не были, они были только «стенкой», на которую давила вся перенаселенная Западная Европа, жившая по принципу наследства старшему брату, при котором все остальные младшие братья должны были с помощью своего меча сами добывать себе землю. Всем младшим братьям уже при рождении в люльку клали меч: «ничего другого дать не можем, добывай себе землю сам». Так социально появились крестовые походы (а вовсе не по каким-то идейно-духовным нуждам), и так создавались Ордена, взявшиеся за поиск себе земель на Востоке. В этих Орденах кроме германцев было и ровно столько же лишенных наследства младших детей-дворян с территорий будущих Франции, Италии, Испании, Австрии. Все эти «обездоленные» юные дворяне и объединялись вместе со всей Европы. Ясно, что славянам было трудно сдерживать эту огромную СОЦИАЛЬНУЮ экспансию, защищая СВОЮ МОНОПОЛИЮ на девственный туземный Восток.
Мы в этой борьбе были только туземным населением, и если мы сегодня, глядя на нее, выражаем симпатии славянам, то следует понимать, что если бы нас завоевали не славяне, а те же германцы, то я бы писал эту статью на белорусском (балтийском) или русском (финно-тюркском) диалекте древненемецкого языка. И все мы испытывали бы СИМПАТИИ к германцам - себя с ними национально идентифицируя, или хотя бы просто по причине нашей многовековой национальной работы в этом поле. Причем, тут было бы точно так греческое православие (ибо Византия ментально оторвала-таки наши народы у европейских колонизаторов – славян и германцев). Мы молились бы Богу по греческому обряду, но не на славянском языке, а на германском диалекте. И точно так, как сегодня многие невежды называют греческую веру «славянским православием» (хотя эта греческая вера никакого отношения к славянам не имеет), - точно так называли бы эту же веру «нашим германским православием». Славянизация или германизация таких огромных территорий – никогда не будет полной, поэтому особое национальное лицо стран Восточной Европы (в первую очередь Беларуси, Украины и России) – невозможно растворить. Шила в мешке не утаишь.
Что мы знаем о наших предках?
я ведаю што мае продкі ня толькі славяне
Что мы знаем о наших предках?
А вообще, все мы - дети славянский богов, наших родичей, Сварога, Святовита, Перуна etc. Они наши прадеды, и течет в нас их кровь)
Что мы знаем о наших предках?
Кто читал книги В.Н.Мегре "Звенящие кедры России"? Там героиня Анастасия высказала интересную мысль по поводу предков и родственных связей, особенно в части реинкарнации. Утверждает, что вообще жизнь на Земле пошла с территории России и называлась народность ведруссы. Не задумывлись, почему территория бывшего СССР нестандартная и наиболее приближенная к природе, да и покорить её не удалось пока никому. Может пора поверить, что мы одна из самых сильных народностей Земли, даже сами США с опаской нас воспринимают до сих пор. И возрождение,как Баба Ванга говорила ещё пойдёт с нашей стороны.
Вернуться в «Культ, вера, мистика»
Кто сейчас на конференции
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 10 гостей